Александр Степанович Грин Том 4. Золотая цепь. Рассказы.
Однако ничего подобного пока мне не предстояло, — напротив, случай, или как там ни называть это, продолжал вить свой вспыхивающий шнур, складывая его затейливой петлей под моими ногами. За стеной, — а, как я сказал, помещение было без двери, — ее заменял сводчатый широкий проход, — несколько человек, остановясь или сойдясь случайно, вели разговор, непонятный, но интересный, — вернее, он был понятен, но я не знал, о ком речь. Слова были такие: — Ну что, опять, говорят, свалился?!
— Было дело, попили. Споят его, как пить дать, или сам сопьется.
— Да уж спился.
— Ему пить нельзя; а все пьют, такая компания.
— А эта шельма Дигэ чего смотрит?
— А ей-то что?!
— Ну, как что! Говорят, они в большой дружбе или просто амуры, а может быть, он на ней женится.
— Я слышал, как она говорит: “Сердце у вас здоровое; вы, говорит, очень здоровый человек, не то, что я”.
— Значит — пей, значит, можно пить, а всем известно, что доктор сказал: “Вам вино я воспрещаю безусловно. Что хотите, хоть кофе, но от вина вы можете помереть, имея сердце с пороком”.
— Сердце с пороком, а завтра соберется двести человек, если не больше. Заказ у нас на двести. Как тут не пить?
— Будь у меня такой домина, я пил бы на радостях.
— А что? Видел ты что-нибудь?
— Разве увидишь? По-моему, болтовня, один сплошной слух. Никто ничего не видал. Есть, правда, некоторые комнаты закрытые, но пройдешь все этажи, — нигде ничего нет.
— Да, поэтому это есть секрет.
— А зачем секрет.
— Дурак! Завтра все будет открыто, понимаешь? Торжество будет, торжественно это надо сделать, а не то что кукиш в кармане. Чтобы было согласное впечатление. Я кое-что слышал, да не тебе скажу.
— Стану ли я еще тебя спрашивать?!
Они поругались и разошлись. Только утихло, как послышался голос Тома; ему отвечал серьезный голос старика. Том сказал: — Все здесь очень любопытны, а я, пожалуй, любопытнее всех. Что за беда? Говорят, вы думали, что вас никто не видит. А видел — и он клянется — Кваль; Кваль клянется, что с вами шла из-за угла, где стеклянная лестница, молоденькая такая уховертка, и лицо покрыла платком.
0uqkjdy
Виктор Зубков принял участие в заседании ШОС. Конференция по ДОВСЕ началась с российского ультиматума. На китайском фондовом рынке опять обвал. Улыбка Кудрина ценой в сто миллиардов. Процесс по «делу Политковской» закрыли по желанию присяжных. Российская теннисистка выиграла Australian Open.
Под сокращение расходов бюджета-2009 попадет и армия. Наша страна — коммерциализированный совок. Дорогое авиатопливо названо признаком нарушения антимонопольного законодательства. В “Справедливой России” финансовый кризиc. Россиян в Нигерии захватили по просьбам трудящихся. За Романа Полански вступилось полмира. В Твери образовалось всероссийское движение ‘За Путина!’. В Москве прошла очередная молодежная сходка. Абхазия и Южная Осетия выбрали российский парламент. Сыщики обнаружили в банке общественную приемную сенатора.
Стойкая тенденция переезда из столичных городов в пригородные поселки основательно поменяла рынок загородной недвижимости. Если же раньше покупка «домика в деревне» была уделом состоятельных людей, то с недавнего времени такое недвижимое имущество стало по карману и для людей со средним достатком.
