И еще:

3) Закон не только обрядовый, но и нравственный, и гражданский. Апостол называет вообще закон "пестуном во Христе" (Гал. 3, 24). И действительно, закон обрядовый вел ко Христу, как уже замечено, тем, что прообразовал события новозаветные и своими жертвами указывал иудеям на жертву Христову (Евр. 10, 1). Закон нравственный -- тем, что своими высокими и подробными предписаниями, которых иудеи вследствие первородного греха не в состоянии были исполнить, ясно обнаружил пред ними их греховность: "законом бо познание греха" (Рим. 3, 20), приводил их в Сознание своего бессилия и возбуждал в них сильнейшее желание искупителя, -- что с такою силою исповедывал св. Павел, евреин от еврей, соделавшийся христианином: "Вемы, яко закон духовен есть, аз же плотян есть, продан под грех... Не еже бо хощу доброе, сие творю, но еже ненавижу злое, сие содеваю. Аще ли еже не хощу, сие творю, хвалю закон, яко добр. Ныне же не к тому, аз сие содеваю, но живый во мне грех... Окаянен аз человек: кто мя избавит от тела смерти сея? -- Благодарю бога моего Иисус Христом господем нашим" (Рим. 7, 14, 17, 24, 25). Наконец закон гражданский вел ко Христу тем, что, угрожая за нарушение почти каждой нравственной заповеди смертию (Исх. 21, 15; 23--25; 31, 14; 22, 16--17; Втор. 13, 5--10; 15, 16; 17, 2--5; 19, 16--21; 21, 18--21; 27, 16 и др.), и таким образом держа иудеев постоянно в страхе "под игом работы" (Гал. 5, 1), заставляя их еще пламеннее желать, чтобы скорее пришел на землю избавитель, и "закон духа жизни о Христе Иисусе свободил их от закона греховного и смерти" (Рим. 8, 2) (стр. 34 и 35).

ї 130. "Нравственное приложение догмата" то, что 1) научимся смирению, 2) возлюбим бога и друг друга и 3) будем благоговеть перед премудростию божиею.

Догмат искупления будет изложен в подробности далее, и там будут рассмотрены те доказательства, на которых основывает его церковь, теперь же скажу вообще о том значении, которое может иметь этот догмат для людей мыслящих. Опровергать этот догмат бесполезно. Догмат этот отрицает сам себя, так как он не утверждает что-нибудь о таинственном и непостижимом для нас, как утверждалось о свойствах, лицах бога, но он утверждает что-то о нас самих, людях, о том, что более всего известно нам, и утверждает, очевидно, противное действительности. Можно было опровергать доводами здравого смысла доказательства того, что бог дух имеет 14 свойств и т. п., так как свойства бога нам неизвестны, но нет нужды опровергать законами здравого смысла доказательств того, что вочеловечением и смертью Иисуса Христа род человеческий искуплен, т. е. избавлен от преклонности к греху, затемненности ума, мук родов, смерти телесной и духовной и от неплодородности земли. В этом случае не нужно даже показывать, что нет ничего того, что этим утверждается, -- это все и так знают. Мы все знаем очень хорошо, что этого ничего нет, что люди злы, умирают, не знают истины, женщины мучаются при родах, и мужчины в поте лица добывают хлеб. Доказывать несправедливость этого учения было бы то же самое, что доказывать, что неправ тот, кто утверждает, что у меня четыре ноги. Утверждения человека о том, что у меня четыре ноги, только могут заставить меня искать тот повод, который побудил человека утверждать то, что заведомо несправедливо. То же самое и по отношению догмата искупления. То, что после мнимого искупления Иисусом Христом никакой перемены в состоянии людей не произошло, всем очевидно. Какой же повод имеет церковь утверждать противное? Вот вопрос, который невольно представляется.

Облако тегов плагина ecfeapr Cumulus требует для просмотра Flash Player 9 или выше.